Заочное дистанционное образование
с получением государственного диплома через Internet

 

  Менеджмент организации
  Введение
  Конференции
  ПРЕДМЕТ И ЗАДАЧИ МЕНЕДЖМЕНТА
  ОРГАНИЗАЦИЯ КАК ОБЪЕКТ МЕНЕДЖМЕНТА
  ЭВОЛЮЦИЯ УПРАВЛЕНЧЕСКОЙ МЫСЛИ
  МЕНЕДЖЕРЫ В СИСТЕМЕ УПРАВЛЕНИЯ
  ОСНОВНЫЕ ФУНКЦИИ УПРАВЛЕНИЯ: ПЛАНИРОВАНИЕ, ОРГАНИЗАЦИЯ, МОТИВАЦИЯ И КОНТРОЛЬ
  СВЯЗУЮЩИЕ ФУНКЦИИ УПРАВЛЕНИЯ: КОММУНИКАЦИИ В ОРГАНИЗАЦИЯХ И ПРИНЯТИЕ УПРАВЛЕНЧЕСКИХ РЕШЕНИЙ
  МЕТОДЫ И МОДЕЛИ УПРАВЛЕНИЯ В МЕНЕДЖМЕНТЕ
  ИНФОРМАЦИЯ И ТЕХНИЧЕСКИЕ СРЕДСТВА УПРАВЛЕНИЯ
  ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ЭФФЕКТИВНОСТЬ УПРАВЛЕНИЯ
  УПРАВЛЕНИЕ КОНФЛИКТАМИ В ОРГАНИЗАЦИИ
  Тесты по дисциплине
  Кроссворды по дисциплине
  Глоссарий по дисциплине
  Госстандарт Менеджмент организации
  Теория мотивации
  МЕРЧЕНДАЙЗИНГ
  Введение в специальность менеджмент
  Приемы влияния на людей
  Узелки на память  
  Узелки на память 2  
  Правило «балансировки»  
  Правило «безвыигрышности в споре»  
  Правило «благоразумного выбора»  
  Правило «дохлой кошки»  
  Правило «зеленого винограда»  
  Правило «исторической маски»  
  Правило «мести»  
  Правило «мифа о вредительстве»  
  Правило «мягкой личности»  
  Правило «нужности ненужных»  
  Правило «оброненного платочка»  
  Правило «огласки»  
  Правило «окрыляющей откровенности»  
  Правило «опаздывания страха»  
  Правило «оправдания средств»  
  Правило «оправдывания поступка»  
  Правило «осквернения»  
  Правило «ощипанной курицы»  
  Правило «парадокса конкуренции»  
  Правило Парето  
  Правило «персонализации»  
  Правило «пиетета к счастливчику»  
  Правило «прерывания»  
  Правило «салями»  
  Правило «социогоизма»  
  Правило «стреляющего предмета»  
  Правило «сходства мнений»  
  Правило «тройного понимания»  
  Правило «четырех раз»  
  Принцип Аль Капоне  
  Принцип Ф. Бартлета  
  Принцип Д. А. Гарфилда  
  Принцип И. В. Гёте  
  Принцип Д. Дьюи  
  Принцип Д. Карнеги  
  Принцип Б. Франклина  
  Принцип Э. Хаббарда  
  Принцип «активизации ответственности»  
  Принцип «атакующей патетики»  
  Принцип «блокировки»  
  Принцип «буртика»  
  Принцип «Ваньки»  
  Принцип «вброшенного беспокойства»  
  Принцип «великодушия»  
  Принцип «вилочки»  
  Принцип «"вляпывания"в...»  
  Принцип «вскользь»  
  Принцип «восьми поглаживаний»  
  Принцип «вуали»  
  Принцип «вхождения в резонанс»  
  Принцип «выпроваживающего стула»  
  Принцип «гамбургского счета»  
  Принцип «гвоздики в пробирке»  
  Принцип «грязной каймы»  
  Способы воздействия на неугодного человека  
  Принцип «навозного шарика»  
  Принцип «направляющих стимулов»  
  Принцип «нахождения простоты»  
  Принцип «необычности»  
  Принцип «непоправимости»  
  Принцип «неразрушающего дробления»  
  Принцип «нестандартности»  
  Принцип «ни-ни»  
  Принцип «нога в дверь»  
  Принцип «окликнутой личности»  
  Принцип «оставь одного»  
  Принцип «отвлекающего фона»  
  Принцип «открытой дороги»  
  Принцип «отстоя»  
  Принцип «партнерства»  
  Принцип «паучьего поведения»  
  Принцип «переноса»  
  Принцип «подслащенной пилюли»  
  Принцип «правдивой лжи»  
  Принцип «риска доверием»  
  Принцип «ход на ход»  
  Принцип «шестеренки»  
  Феномены ситуаций
  Стратегический менеджмент
  ОСНОВЫ МЕНЕДЖМЕНТА
  МЕНДЖМЕНТ ОРГАНИЗАЦИИ
  Консультации о поступлении
  Контакты
  ИСКУСТВО МЕНЕДЖМЕНТА
  ПРАКТИКА КОНТРОЛИНГА
  ТЕСТЫ ФЕПО - МЕНЕДЖМЕНТ
  50 МЕТОДИК МЕНЕДЖМЕНТА
  Публикации
  Изданные учебные пособия
  Конкурсы
  На базе филиала ФГБОУ ВПО «МГИУ» в г.Вязьме Смоленской области открыт Центр тестирования иностранных граждан по русскому языку
  ЛОГИКА
  Инновационный менеджмент

ИНФОРМАЦИЯ

Рассылки Subscribe.Ru
Современное образование
Подписаться письмом

 
  Контакты  Карта сайта  НА ГЛАВНУЮ  

Принцип «вскользь»

Принцип «вскользь» (невзначай, между прочим)

 
Занятен «ход», использованный английским журна­лом для подростков «Еще семнадцать». Предмет обсуж­дения — как пригласить мальчика в кино?

«Ни в коем случае не советуйтесь по этому поводу с мамой или с теткой! В их время все это делалось совер­шенно по-другому, и если вы будете повторять их манеры, можете оказаться в смешном положении.

Запомните — если вы делаете предложение, всегда есть шанс, что вам ответят отказом. Будьте к этому готовы.

Хотя ваше время справедливо считается временем рас­кованных отношений, не удивляйтесь, если парень, кото­рому вы уже купили билет на самое лучшее место, будет при разговоре с вами то бледнеть, то краснеть. Не принимайте такую реакцию за неблагоприятный признак. Весьма возможно, что это первое приглаше­ние в кино, которое он получил от девушки, и в дан­ный момент просто —  напросто растерялся.

Прежде, чем действовать, постарайтесь произвести Разведку. Поговорите с парнем на любую тему и, веро­ятно, сразу почувствуете, как он к вам относится: с сим­патией или без. Положительный ответ на поход в кино с большей долей вероятности будет получен в первом случае.

Ведите себя естественно. Не бросайтесь заявлениями такого типа: «Я полюбила тебя навсегда!». Этим вы можете напугать человека до смерти.

Выбирайте подходящий момент. Не надо начинать предприятие,  если ваш парень стоит в этот момент в окружении приятелей. Лучше всего позвонить по телефону. Текст рекомендуем примерно такой: «Да, кстати, я буду очень рада, если ты захочешь пойти завтра вечером со мной в кино. Думаю, фильм тебе понравиться!»

Вот это самое «кстати» и есть суть и апофеоз принципа «вскользь».

А теперь история из разряда «царских». Настолько она масштабна, интересна, поучительна. Да и касается знаменитых людей в знаменательных событиях.

Известный журналист Мэлор Стуруа, непосред­ственный участник событий, вспоминает о первом в СССР «конкурсе красоты».

Дело было в 1949 г., место проведения — вуз, а сам Мэлор Стуруа — «председатель жюри». Отличи­тельная особенность мероприятия — многочисленные «не»: во-первых, не было тогда для подобного действа ни театров, ни концертных залов, ни Дворцов спорта. Во-вторых, не было ни роскошного кресла-трона, ни сверкающей дорогой диадемы, ни «золотого дождя» из подарков. И наконец не было соискательниц титула ко­ролевы красоты. Никто не дефилировал перед оценива­ющим мужским взором ни в вечерних туалетах, ни в купальниках.

Разве такое возможно? Оказывается, возможно. Об этом и рассказ, причем — не забудем! — в нем есть то, что нас интересует.

«Конкурс был заочным. Просто несколько ребят сос­тавили список наиболее достойных претенденток и при­ступили к тайному голосованию. Условия конкурса пред­полагали четыре графы: интеллигентность, знания, лицо и фигура.

Несмотря на заочный характер конкурса, он взбудора­жил весь наш институт международных отношении (МГИМО) — от ректора, им был тогда академик Юрии Павлович Францев, до гардеробщиц. Разумеется, больше всех волновались девушки. Забурлила ярмарка тщеславия. Заработали лоббисты. Жюри оказалось в осаде различ­ных "групп интересов". Короче, молодежь забавлялась. Это была невинная забава, остроумная шутка. И так восп­риняли ее все: опять-таки от ректора до гардеробщиц. Юрий Павлович, сверкая стеклянными, несколько навыка глазами, вытягивал из меня подробности бдений жюри и хохотал до слез. Вдруг разразилась гроза. Все началось с того, что Светлана — дочь В. М. Молотова, учившаяся тогда на третьем курсе института, — рассказала о кон­курсе отцу, видимо, — о, святая душа! — желая развлечь его. Не знаю, какие картины возникли в голове руко­водителя нашей внешней политики — Светлана забыла упомянуть, что конкурс был заочным, — но он пришел в неописуемую ярость. Еще бы, моральное буржуазное разложение в alma mater будущих советских диплома­тов!

Ректор получил высочайший "решкрипт": разобрать­ся, вернее, разоблачить! Виновных строго наказать, изг­нав из института и комсомола, чтобы другим неповадно было. Я как председатель жюри шел в этом списке первым. Меня вызвали в кабинет ректора. И вот Юрий Павлович, тот самый, который еще вчера хохотал до упаду над нашей затеей, метал громы и молнии. Его стеклянные, несколько навыкат глаза уже не смеялись. В них вместо слез стоял праведный гнев. А на его пись­менном столе лежали разглаженные чьей-то услужли­вой рукой извлеченные из плевательницы протоколы злополучного жюри.

— Это ваша работа?! — орал на меня, как ефрейтор, выдающийся советский египтолог и рафинированный эс­тет, обезумевший от страха потерять свое кресло, а быть может, — чем черт не шутил в суровом 1949 году! — кое-что поважнее.

Не могу сказать, что сам я испытывал страх перед наказанием за бескорыстное служение красоте. (Как председатель жюри я оказался неподкупным). Дело было не в моей смелости, а в моем легкомыслии. Но досада была. Я уже защитил диплом, оставались госэкзамены, и вдруг все летит вверх тормашки. Апеллировать к Здравому смыслу, к состраданию было бесполезно. Кто-то уже сочинил приказ о моем увольнении, кто-то го­товил комсомольское собрание для моего позорного изг­нания из рядов ВЛКСМ.

Микоян слушал меня молча, не перебивая, с абсолютное неподвижным лицом. Лишь однажды он прервал меня и спросил:

   Так, значит, вы никого не раздевали?

   Конечно, нет, — ответил я и продолжил свою одиссею.

Выслушав меня, Анастас Иванович произнес всего два слова:

Иди домой.

Я не решился спросить его, как расшифровывается для  моей судьбы эта короткая фраза, попрощался с ним и вышел в коридоры власти не только в переносном, но и прямом смысле слова.

В дальнейшем выяснилось, что короткая фраза "иди домой" расшифровывалась все-таки в мою пользу, и стояли за ней переговоры на высшем уровне: Микоян — Молотов. Но об этом несколько позже».

На следующий день меня снова вызвали в кабинет ректора. Кроме Францева, там находились секретари партийного и комсомольского комитетов института. Великий египтолог предложил мне следующею сдел­ку — определение абсолютно точное, иным его не заменишь: я признаюсь в своих грехах, публично ка­юсь, "даю слово не превращать собрание в балаган", а мне за это заменяют высшую меру наказания — ис­ключение из института и комсомола — на менее тяж­кую в обоих случаях — строгие выговора с последним предупреждением и занесением в личное дело.

Условие "не превращать собрание в балаган" было весьма важным для институтского начальства. Дело в том, что курс бурлил от возмущения и был готов отста­ивать меня до последнего. В воздухе пахло скандалом, который мог весьма дорого обойтись ректору-египтоло­гу и другим институтским жрецам.

Накануне комсомольского собрания поздно ночью ко мне домой пришли все члены жюри конкурса. Их вынудили — тоже под угрозой двойного исключения — выступить против меня и "заклеймить" мой поступок.  Славные ребята, иных уж нет, а те далече. Они сказала что все зависит от моего решения. Если я дам бой, они откажутся от своих показаний, и будь что будет. Я ответил, что нет смысла в подобной жертве, пусть все валят на меня, а там посмотрим. На том и разошлись. Как принято писать в подобных случаях, за окнами над Москвой вставал рассвет...

Не буду долго описывать комсомольское собрание. Меня клеймили, я каялся; курс, предупрежденный о сдел­ке, не бузил; за строгий, последний, с занесением про­голосовали дружно и быстро разошлись. Райком реше­ние собрания утвердил, хотя мне пришлось выдержать шквал негодования его женского состава, обвинявшего меня в скотстве и моральном разложении, но требовав­шего "клубнички" — под соусом "установления фактов" — и жестоко обманутого и разочарованного тем, что конкурс красоты проходил заочно...

А теперь о переговорах на высшем уровне. (Расска­зываю со слов А. И. Микояна). Состоялись они в присут­ствии самого вождя. Анастас Иванович, который в ис­кусстве дипломатии ничем не уступал Вячеславу Михай­ловичу, а кое в чем даже превосходил его, затеял раз­говор о конкурсе как бы между прочим, между делом, чтобы развеселить государственных мужей, утомленных обсуждением серьезных, а быть может, даже мировых проблем.

Сталина история с конкурсом потешила, и он стал подтрунивать над Молотовым. (Кстати, от тоже поин­тересовался, раздевали ли мы претенденток...) Восполь­зовавшись благоприятной атмосферой, Микоян пропросил Молотова сменить гнев на милось в отношении членов жюри конкурса. Видимо, не желая выглядеть смешным, Молотов согласился. Но все же было решено задать нам перцу.

Людям новой генерации рассказанное мною выше мо­жет показаться чудовищной нелепостью, несусветной чу­шью, немыслимой блажью. Ах, если бы только! Сейчас, задним числом, заглянув в засыпанную пропасть нашей Истории 30-х и 40-х годов, я с ужасом думаю о том, что красота, которая, по Достоевскому, должна спасти мир, могла погубить меня самым тривиальным образом.

Действительно, а что, если бы Молотов взял верх над Микояном? А что, если бы Сталин не пребывал

тогда в благодушном настроении? А что, если бы его всепроникающий взор узрел в невинной забаве двадцатилетних юношей коварный заговор империалистичес­ких сил, пытавшихся разложить изнутри будущие дип­ломатические кадры Советского Союза? Логика того времени вполне подверстывает, состыковывает несосто­явшееся дело "студентов-растлителей" с состоявшимся делом "врачей-отравителей"».

На мой взгляд, серьезность данной истории удачно сочетается с примененным приемом. «Скользящие» дей­ствия — самые незаметные, но эффект от них всегда заметен и силен. Таковы все «поглаживания», а на них держится многое в любви!), таковы лучшие из обеспечи­вающих движение приборы (назову, для примера, только подшипники!), таковы омывающие нас капли, которые потому и моют нас, что обегают, а не проникают и не растворяются.


Принцип «Ваньки» Принцип «вброшенного беспокойства» Принцип «великодушия» Принцип «вилочки» Принцип «"вляпывания"в...» Принцип «восьми поглаживаний» Принцип «вуали» Принцип «вхождения в резонанс» Принцип «выпроваживающего стула» Принцип «гамбургского счета»